Готовое решение [rms] Corporation
+7(8442) 96-64-69
400066 г. Волгоград, ул. Мира, 15 (для почтовой корреспонденции)

Место Казахстана в европейской системе энергетической безопасности

Котик Антон
Независимый исследователь
г. Магнитогорск

Место Казахстана в европейской системе энергетической безопасности

Украинский кризис, начавшийся в 2014 г., оказал не последнее влияние на дискуссию об энергетической безопасности стран-членов Европейского Союза (ЕС). Значительная доля импорта нефтегазовой продукции в ЕС в настоящий момент поступает из России – 24,7% импортируемой нефти и 46,8% газа [1]. Поставки из альтернативных источников в лице Алжира, Норвегии, США, Саудовской Аравии и Катара не позволяют заменить российские нефть и газ. Однако необходимо подчеркнуть, что стремление ЕС укрепить свою энергетическую безопасность путем сокращения зависимости от российского импорта существуют давно. Можно вспомнить такие альтернативные проекты как «NABUCCO» и Транскаспийский газопровод. И хотя данные проекты так и не были реализованы из-за серьёзных экономических издержек, стремление ЕС диверсифицировать импорт нефтегазовой продукции сохранялось. «Зелёный Курс» ЕС, включающий в себя повышение роли возобновляемых источников энергии (ВИЭ) при повышении роли альтернативных поставщиков энергоресурсов, вписывается в эту политику. И одним из подобных потенциальных поставщиков для ЕС является Республика Казахстан, чья внешняя политика соответствует термину «многосторонняя».

В этой связи, стоит обратить внимание на отношения между ЕС и Казахстаном. Казахстан, несмотря на союзнический уровень отношений с Россией, стремится развивать многостороннюю внешнюю политику, в том числе, и по энергетическому направлению. Важное геоэкономическое положение страны позволяет европейской дипломатии рассматривать Казахстан как одну из возможных альтернатив поставкам российских нефти и газа и как потенциального экспортёра ВИЭ в ЕС. По словам вице-премьера по торговле и интеграции Казахстана К. Торебаева, 30% торгового оборота страны – за счёт нефти и других природных ресурсов - связано со странами-членами ЕС [5]. Кроме того, в 2017 г., 76% казахстанской сырой нефти экспортировалось в европейские страны-члены ОЭСР [2]. Можно предположить, что Казахстан является для ЕС одним из потенциальных альтернативных импортёров сырой нефти, газа и ВИЭ.  И для такой точки зрения есть серьёзные основания.

Одним из основных документов, регламентирующих казахстанско-европейские отношения, является «Соглашение о расширенном партнёрстве и сотрудничестве», заключённого в 2015 г. и вступившего в силу 1 марта 2020 г. Согласно статье 147.2.F данного Соглашения, Казахстан и ЕС обеспечивают, чтобы сетям передачи электроэнергии являлись транспарентными и недискриминационными в отношении поставщиков другой Стороны или в отношении электричества из возобновляемых ресурсов и что стороны обеспечивают, чтобы соответствующие меры, связанные с сетями и рынком, принимались для минимизации сокращения (ограничения) объема электричества, производимого из ВИЭ [13]. В свете принятия странами-членами ЕС Европейского зеленого курса и повышения уровня снижения выбросов парниковых газов с 40% до 55% до 2030 г., властям Казахстана приходится адаптироваться к новым реалиям – включая и создание мест ВИЭ. Хотя, на данный момент, число производимых в Казахстане ВИЭ [12] невелико (6 действующих и 14 строящихся [9]), желание властей Казахстана увеличить провести модернизацию собственной энергетической системы в соответствии с актуальными трендами объяснимо: стремление стран «первого мира» в лице ЕС и США повысить роль ВИЭ и уменьшить зависимость от нефтегазовых источников и, как следствие, необходимость обновления собственного энергетического комплекса. Европейские структуры как «Европейский банк реконструкции и развития», «GIZ» и «Svevind» стремятся принять участие в развитии альтернативной энергетики Казахстана [8]. Немаловажным фактором можно назвать и нежелание политического руководства Казахстана проводить ускоренную евразийскую интеграцию под эгидой России [11] при желании сохранить дружественные отношения с «великими державами». И в этой связи сохранение многосторонней внешней политики может быть выгодной так для страны-экспортера сырьевых ресурсов в лице Казахстана, как и для проводника «зелёной политики» в лице ЕС [4]. Другое дело, что подобная конструкция не может держаться долго и рано или поздно государству с многосторонней внешней политики придется сделать однозначный выбор. В противном случае, оно будет либо принуждено к выбору со стороны великих держав либо уничтожено [10]. И данная схема может сработать в казахстанско-европейских отношениях, если Россия и/или Китай посчитают воздействие европейской «зелёной дипломатии» на казахстанский энергетический рынок как угрозу своим собственным политико-экономическим интересам в Казахстане и Центральной Азии.

В этой связи не должен вызывать удивления тот факт, что в рамках многосторонней внешней политики правительство Казахстана стремится сохранять дружественные отношения и с ЕС. Последний стремится помочь Казахстану в развитии устойчивой экономики и повышению роли ВИЭ в экономике страны в рамках реализации собственного «Зелёного курса». В примерной программе сотрудничества с Казахстаном на 2021-2027 гг. подчеркивается, что ЕС предполагает выделить основные инвестиционные вложения в Казахстан на развитие «зелёных» секторов, включая и энергетический, в размере 16 млн. евро [6]. К этому можно добавить и выделение кредитов со стороны европейских банков на строительство объектов ВИЭ в Южном Казахстане [8]. Подобные действия даже в краткосрочной перспективе могут ослабить влияние России и Китая в стране [7].

Исходя из этого, казахстанско-европейские отношения в контексте энергетической безопасности будут иметь свои естественные ограничения:

1) Развитие ВИЭ в Казахстане будет зависеть от действий важных внешнеполитических акторов – России, ЕС, Китая, США и Турции. Из вышесказанных стран стремление к уменьшению влияния традиционных источников сырья (нефти и газа) высказывают только ЕС и, в меньшей степени, США. «Зелёный курс ЕС» вынуждает правительство Казахстана стремиться к повышению роли ВИЭ и трансформации собственной энергетической системы ради сохранения экспортных цепочек поставок сырья в страны-члены ЕС. Неслучайно, что 2/3 европейских инвестиций в Казахстан привлекались для компаний, занимающихся производством сырой нефти, газа и минеральных ресурсов [3].

2) Исходя из п.1, ЕС использует вложения в казахстанскую энергетическую систему (инвестиции, кредитование станций ВИЭ на территории Казахстана со европейских банков) как способ укрепить собственные экономические позиции в стране и как способ предложить свою модель энергетической безопасности в регионе. Подобная модель может привести так поддержке «зелёной энергетики» в Казахстане и Центральной Азии, как и к повышению уровня конфронтации с Россией/Китаем, которые могут посчитать поддержку предприятий ВИЭ как угрозу своим собственным экономическим проектам в регионе. Поддержка альтернативных России газопроводов вроде Транскаспийского тоже можно считать элементом казахстанско-европейских отношений в области энергетической безопасности;

3) Россия, Китай и США будут стремиться противодействовать попыткам ЕС укрепиться в Казахстане через энергетическую линию. Инвестиции в энергетическую систему Казахстана, в частности, и в Центральной Азии, в целом, являются частью противостояния «великих держав» в регионе.

Казахстанско-европейские отношения являются частью сложной системы баланса инвестиций «великих держав» в Центральной Азии. В условиях ухудшения отношений между Россией и странами «большого Запада», с одной стороны, и возрождения блоковой политики в мире, с другой, Россия, Китай, ЕС, США и Турция стремятся укрепить своё влияние в регионе с помощью капиталовложений в энергетическую систему Казахстана, в том числе. Европейский пример показывает, что «Зелёный курс» ЕС является одним из методов европейской дипломатии по укреплению собственной энергетической безопасности и распространения собственного влияния в Европе и Евразии. Можно предположить, что в ближайшие 5-10 лет ЕС усилит «зелёную» риторику, оказывая финансовую поддержку альтернативным России поставщикам энергетической продукции (нефть, газ и ВИЭ), включая и Казахстан. И такая политика окажет серьёзное влияние на энергетическую безопасность европейского и центрально-азиатского регионов. 

Список источников и литературы

  1. EU import of energy products – recent development, October 2021. URL: https://ec.europa.eu/eurostat/statistics-explained/index.php?title=EU_imports_of_energy_products_-_recent_developments (дата обращения: 30.03.2022)
  2. Executive summary. URL: https://www.eia.gov/international/analysis/country/KAZ (дата обращения: 31.03.2022)
  3. Konopelko, A. Eurasian Economic Union: a challenge for EU policy towards Kazakhstan. Asia Europe journal. № 16. 2008. PP. 1-17. URL: https://link.springer.com/article/10.1007/s10308-017-0480-7 (дата обращения: 31.03.2022)
  4. Kukyeva, F., Zhekenov, D. Kazakhstan’s foreign policy in the context of renewable energy. Вестник Карагандинского государственного университета. Серия «История. Философия» № 3 (99)/2020. С. 162-171. URL: https://www.researchgate.net/profile/Duman-Zhekenov-2/publication/344878796_Kazakhstan_foreign_policy_in_the_context_of_renewable_energy/links/5f965600a6fdccfd7b7f8712/Kazakhstan-foreign-policy-in-the-context-of-renewable-energy.pdf (дата обращения: 31.03.2022)
  5. Makszimov, V. «Nobody call tell me if Kazakhstan can sell yogurt to Russia». URL: https://www.euractiv.com/section/europe-s-east/interview/nobody-can-tell-me-if-kazakhstan-can-sell-yogurt-to-russia/ (дата обращения: 30.03.2022)
  6. Republic of Kazakhstan. Multi-annual Indicative Programme 2021-2027. URL: https://ec.europa.eu/international-partnerships/system/files/mip-2021-c2021-9095-kazakhstan-annex_en.pdf (дата обращения: 01.04.2022)
  7. Umbach, F., Raszewski, R. Strategic perspectives for bilateral energy cooperation between the EU and Kazakhstan geo-economic and geopolitical dimensions in competition with Russia and China’s Central Asia policies. Konrad Adenauer Stiftung, 2016. URL: https://eucers.com/wp-content/uploads/2019/03/strategy-paper-9.pdf (дата обращения: 01.04.2022)
  8. Van Shaik, L., Vakulchuk, R., Ramnath, A. Seizing the momentum. EU Green Diplomacy towards Kazakhstan. URL: https://www.clingendael.org/sites/default/files/2021-10/Policy_brief_EU_Green_Energy_Diplomacy_towards_Kazakhstan_October_2021.pdf (дата обращения: 01.04.2022)
  9. Зеленая экономика: реалии и перспективы в Казахстане. Август 2018. URL: https://sk.kz/upload/iblock/3f5/3f5f8e2087688517bcc667eeebc82630.pdf (дата обращения: 31.03.2022)
  10. Иванов, А. Г., Котик, А. В. Российско-казахстанские отношения после 2014 года: проблемы и противоречия. Сборник статей по итогам работы IV-й Международной научно-практической конференции «Трансформация международных отношений в XXI веке: вызовы и перспективы», Москва, 2019, С. 74-78.
  11. Комментарий Министерства иностранных дел Республики Казахстан от 5 июня 2021 г. URL: https://www.gov.kz/memleket/entities/mfa-omsk/press/news/details/212694?lang=ru (дата обращения: 29.03.2022)
  12. Куменов, А. Казахстан и возобновляемые источники энергии: фантастика или дальновидный шаг? URL: https://russian.eurasianet.org/node/65272 (дата обращения: 31.03.2022)
  13. Соглашение о расширенном партнёрстве и сотрудничестве между Европейским Союзом и его государствами членами, с одной стороны, и Республикой Казахстан, с другой стороны (Астана, 21 декабря 2015 года). URL: https://online.zakon.kz/Document/?doc_id=37496546&pos=2;-106#pos=2;-106 (дата обращения: 31.03.2022)
12 мая 2022
19 просмотров
Используя этот сайт, вы соглашаетесь на использование файлов cookie